В России "легализовали коррупцию". Это произошло в конце 1990-х годов. Михаил Хазин вспоминает, что тогда прочитал соответствующее официальное постановление правительства и "пришёл в экстаз".
Экономист Михаил Хазин в программе «Итоги дна с Делягиным» на канале Царьград рассказал о том, как в России «легализовали коррупцию». Речь о постановлении правительства №1470, которое поступило в 1997 году.
Оно не получило одобрения бывшего президента страны Бориса Ельцина, но потом всё равно вступило в силу. Хазин вспоминает, что тогда прочитал это официальное постановление и «пришёл в экстаз»:
На него было дано отрицательное заключение. А я могу сказать – почему. Потому что в этом постановлении легализовывалась коррупция. В этом постановлении было два замечательных пункта. Я, когда это прочитал, просто пришёл в экстаз. Пункты были такие. Пункт первый: для того, чтобы из бюджета выделялись инвестиционные деньги под проект, необходимо провести экспертизу этого проекта.
Это вполне логично. Но другой пункт гласил следующее: поскольку у правительства может не быть денег на эту экспертизу, то, соответственно, разрешалось тем, кто этот проект вносил, проводить экспертизу самостоятельно.
При этом затраты на эту экспертизу добавлялись к деньгам, выделяемым на проект. Я даже могу сказать, кто это сделал. Это сделали два великих либеральных чиновника, позже – профессора Высшей школы экономики, как и полагается. Первый замминистра экономики Яков Уринсон и просто заместитель министра экономики Владимир Коссов. Сама по себе эта история очень показательна. Я как чиновник, когда увидел этот проект, просто обалдел. Написал к нему отрицательное заключение. То есть представьте, ещё раз: допустим, я предлагаю государству направить деньги на реализацию инвестиционного проекта, моего. При этом я сам провожу экспертизу, и эта экспертиза потом оплачивается государством,
— пояснил эксперт.
Он уточнил, что вместе с этим нигде не было прописано, за счёт каких именно средств финансируется экспертиза:
Может, она по документам будет в три раза дороже, чем на деле. Соответственно, мы написали отрицательное заключение. Наша бумага пошла к Борису Николаевичу. Он её подтвердил, он сказал, что данное постановление не может быть подписано. И его в правительстве держали три или четыре месяца. И в ноябре его втихаря подписали.
